Пока эксперты международных организаций бьют тревогу о надвигающемся продовольственном коллапсе, российские аграрии демонстрируют удивительную динамику. С начала мая 2025 года отечественные производители зерна увеличили экспортные отгрузки в 1,7 раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Эта цифра, озвученная президентом Российского зернового союза Аркадием Злочевским в интервью НСН, стала не просто статистическим успехом, а маркером тектонических сдвигов на глобальном продовольственном рынке.
«Российские производители зерна достаточно активно догоняют уровень экспорта прошлого сезона», — подчеркнул Злочевский в пресс-центре НСН. Эти слова звучат особенно весомо на фоне тревожного прогноза Всемирной продовольственной программы (World Food Programme). Согласно их оценкам, уже в 2026 году более 360 миллионов человек по всему миру могут оказаться на грани голода, а десятки миллионов дополнительно столкнутся с острой нехваткой продовольствия. Цифры сопоставимы с населением целого континента, и за ними стоят реальные судьбы людей в Африке, на Ближнем Востоке и в Юго-Восточной Азии.
Что же послужило спусковым крючком для этого кризиса? Причина, как это часто бывает в современном взаимосвязанном мире, кроется далеко от полей и элеваторов. Речь идет о геополитическом конфликте между США и Ираном, который фактически парализовал судоходство через Ормузский пролив. Этот узкий водный путь — не просто точка на карте. Через него проходит 38% мировой нефти, 29% сжиженного природного газа, 19% природного газа и, что критически важно для сельского хозяйства, 13% химикатов, включая минеральные удобрения. Угрозы безопасности, военные риски и фактическая блокировка транзита привели к тому, что этот жизненно важный маршрут оказался почти перекрыт.
Последствия не заставили себя ждать. Страны Персидского залива — Саудовская Аравия, Катар, Кувейт, Иран, Объединенные Арабские Эмираты — вынуждены были резко сократить экспорт азота, серы и фосфатов. Эти вещества являются основой современного земледелия. Без азота не растут белки, без фосфора — корневая система, без серы — хлорофилл. Сокращение предложения на фоне сохраняющегося спроса привело к взрывному росту цен на 30%. Для фермеров в развивающихся странах, которые и так работают на пределе рентабельности, это означает либо катастрофическое удорожание себестоимости, либо отказ от удобрений и, как следствие, обвальное падение урожайности.
Именно в этом контексте рывок российского зернового экспорта приобретает стратегическое значение. Пока традиционные логистические цепочки разорваны, а цены на удобрения взлетают до небес, Россия, обладающая собственной сырьевой базой и независимыми транспортными коридорами, получает уникальное окно возможностей. Однако не все так однозначно и на внутреннем фронте. Ранее доктор экономических наук, аналитик аграрного рынка Леонид Холод в беседе с НСН обратил внимание на погодный фактор. Холодный апрель 2025 года сдвинул сроки посевной в России. Хотя, по мнению эксперта, задержка не станет критичной, она создает серьезный вызов: аграриям придется уложиться в крайне сжатые сроки, чтобы провести сев в оптимальной агротехнической фазе. В условиях, когда каждая неделя промедления грозит снижением будущего урожая, это добавляет нервозности рынку.
Таким образом, складывается парадоксальная картина. Мир стоит на пороге крупнейшего продовольственного кризиса за последние десятилетия, вызванного геополитикой и нарушением цепочек поставок удобрений. И в этом хаосе Россия наращивает экспортные мощности, пытаясь занять нишу выбывших игроков. Успех этого предприятия будет зависеть от двух переменных: сможет ли отечественное сельское хозяйство компенсировать погодные потери и справится ли с логистическим давлением. Одно ясно уже сейчас: 2026 год станет проверкой на прочность для всей глобальной продовольственной системы, и роль российского зерна в этой драме будет одной из главных сюжетных линий.